Чацкий: «Кому нужда: тем спесь, лежи они в пыли, // А тем, кто выше, лесть как кружево плели. // Прямой был век покорности и страха, // Все под личиною усердия к царю».

Чацкий: «Кому нужда: тем спесь, лежи они в пыли, // А тем, кто выше, лесть как кружево плели. // Прямой был век покорности и страха, // Все под личиною усердия к царю».

Чацкий: «Кому нужда: тем спесь, лежи они в пыли, // А тем, кто выше, лесть как кружево плели. // Прямой был век покорности и страха, // Все под личиною усердия к царю».

Чацкий: «Кому нужда: тем спесь, лежи они в пыли, // А тем, кто выше, лесть как кружево плели. // Прямой был век покорности и страха, // Все под личиною усердия к царю».

Страх смерти заставил пискаря провести всю свою жизнь дрожа в норе. «Ни друзей у него, ни родных; ни он к кому, ни к нему кто. <...> только дрожит да одну думу думает: “Слава Богу! кажется, жив!”»

Страх смерти заставил пискаря провести всю свою жизнь дрожа в норе. «Ни друзей у него, ни родных; ни он к кому, ни к нему кто. <...> только дрожит да одну думу думает: “Слава Богу! кажется, жив!”»

Страх смерти заставил пискаря провести всю свою жизнь дрожа в норе. «Ни друзей у него, ни родных; ни он к кому, ни к нему кто. <...> только дрожит да одну думу думает: “Слава Богу! кажется, жив!”»

Страх смерти заставил пискаря провести всю свою жизнь дрожа в норе. «Ни друзей у него, ни родных; ни он к кому, ни к нему кто. <...> только дрожит да одну думу думает: “Слава Богу! кажется, жив!”»

Изобретатель-самоучка Кулигин хочет устроить на набережной солнечные часы и поставить громовые отводы. Он просит денег у купца Дикого, но тот ему отказывает: «Гроза-то нам в наказание посылается, чтобы мы чувствовали, а ты хочешь шестами да рожнами какими-то, прости Господи, обороняться».

Изобретатель-самоучка Кулигин хочет устроить на набережной солнечные часы и поставить громовые отводы. Он просит денег у купца Дикого, но тот ему отказывает: «Гроза-то нам в наказание посылается, чтобы мы чувствовали, а ты хочешь шестами да рожнами какими-то, прости Господи, обороняться».

Изобретатель-самоучка Кулигин хочет устроить на набережной солнечные часы и поставить громовые отводы. Он просит денег у купца Дикого, но тот ему отказывает: «Гроза-то нам в наказание посылается, чтобы мы чувствовали, а ты хочешь шестами да рожнами какими-то, прости Господи, обороняться».

Изобретатель-самоучка Кулигин хочет устроить на набережной солнечные часы и поставить громовые отводы. Он просит денег у купца Дикого, но тот ему отказывает: «Гроза-то нам в наказание посылается, чтобы мы чувствовали, а ты хочешь шестами да рожнами какими-то, прости Господи, обороняться».

Раскольников, сдаваясь полиции, был готов к наказанию «двадцать лет каторги». Это наибольший срок за намеренное убийство с грабежом. Но суд смягчил наказание за явку с повинной и, приняв во внимание некоторые поступки героя в прошлом (он спас во время пожара детей, заботился об отце умершего университетского товарища), вынес приговор — восемь лет каторги.

Раскольников, сдаваясь полиции, был готов к наказанию «двадцать лет каторги». Это наибольший срок за намеренное убийство с грабежом. Но суд смягчил наказание за явку с повинной и, приняв во внимание некоторые поступки героя в прошлом (он спас во время пожара детей, заботился об отце умершего университетского товарища), вынес приговор — восемь лет каторги.

Раскольников, сдаваясь полиции, был готов к наказанию «двадцать лет каторги». Это наибольший срок за намеренное убийство с грабежом. Но суд смягчил наказание за явку с повинной и, приняв во внимание некоторые поступки героя в прошлом (он спас во время пожара детей, заботился об отце умершего университетского товарища), вынес приговор — восемь лет каторги.

Раскольников, сдаваясь полиции, был готов к наказанию «двадцать лет каторги». Это наибольший срок за намеренное убийство с грабежом. Но суд смягчил наказание за явку с повинной и, приняв во внимание некоторые поступки героя в прошлом (он спас во время пожара детей, заботился об отце умершего университетского товарища), вынес приговор — восемь лет каторги.

В главе «Фаталист» описан случай, который должен убедить в неотвратимости предначертанного пути. Печорин видит на лице поручика Вулича печать близкой гибели. Избежав смерти в споре с Печориным, Вулич позже был убит пьяным казаком. Но тем не менее Печорин не считает себя фаталистом, т. к. верит, что человек своими поступками сам создает свою судьбу.

В главе «Фаталист» описан случай, который должен убедить в неотвратимости предначертанного пути. Печорин видит на лице поручика Вулича печать близкой гибели. Избежав смерти в споре с Печориным, Вулич позже был убит пьяным казаком. Но тем не менее Печорин не считает себя фаталистом, т. к. верит, что человек своими поступками сам создает свою судьбу.

В главе «Фаталист» описан случай, который должен убедить в неотвратимости предначертанного пути. Печорин видит на лице поручика Вулича печать близкой гибели. Избежав смерти в споре с Печориным, Вулич позже был убит пьяным казаком. Но тем не менее Печорин не считает себя фаталистом, т. к. верит, что человек своими поступками сам создает свою судьбу.

В главе «Фаталист» описан случай, который должен убедить в неотвратимости предначертанного пути. Печорин видит на лице поручика Вулича печать близкой гибели. Избежав смерти в споре с Печориным, Вулич позже был убит пьяным казаком. Но тем не менее Печорин не считает себя фаталистом, т. к. верит, что человек своими поступками сам создает свою судьбу.