Герой рассказа опоздал на бал, потому что заезжал за перчатками, т. к. без них нельзя было танцевать. Их делали из лайки (мягкой тонкой кожи белого цвета особого способа дубления), замши, кожи, кружева, бархата, парчи, украшали вышивкой и драгоценными камнями. Перчатки не снимали в течение всего вечера, оголять руки позволялось во время ужина и за карточным столом.

Герой рассказа опоздал на бал, потому что заезжал за перчатками, т. к. без них нельзя было танцевать. Их делали из лайки (мягкой тонкой кожи белого цвета особого способа дубления), замши, кожи, кружева, бархата, парчи, украшали вышивкой и драгоценными камнями. Перчатки не снимали в течение всего вечера, оголять руки позволялось во время ужина и за карточным столом.

Герой рассказа опоздал на бал, потому что заезжал за перчатками, т. к. без них нельзя было танцевать. Их делали из лайки (мягкой тонкой кожи белого цвета особого способа дубления), замши, кожи, кружева, бархата, парчи, украшали вышивкой и драгоценными камнями. Перчатки не снимали в течение всего вечера, оголять руки позволялось во время ужина и за карточным столом.

Герой рассказа опоздал на бал, потому что заезжал за перчатками, т. к. без них нельзя было танцевать. Их делали из лайки (мягкой тонкой кожи белого цвета особого способа дубления), замши, кожи, кружева, бархата, парчи, украшали вышивкой и драгоценными камнями. Перчатки не снимали в течение всего вечера, оголять руки позволялось во время ужина и за карточным столом.

«Ватрушки, из которых каждая была гораздо больше тарелки»; «индюк ростом в теленка, набитый всяким добром: яйцами, рисом, печенками и невесть чем»; «няня, блюдо, которое подается к щам и состоит из бараньего желудка, начиненного гречневой кашей, мозгом и ножками» и т. д.

«Ватрушки, из которых каждая была гораздо больше тарелки»; «индюк ростом в теленка, набитый всяким добром: яйцами, рисом, печенками и невесть чем»; «няня, блюдо, которое подается к щам и состоит из бараньего желудка, начиненного гречневой кашей, мозгом и ножками» и т. д.

«Ватрушки, из которых каждая была гораздо больше тарелки»; «индюк ростом в теленка, набитый всяким добром: яйцами, рисом, печенками и невесть чем»; «няня, блюдо, которое подается к щам и состоит из бараньего желудка, начиненного гречневой кашей, мозгом и ножками» и т. д.

«Ватрушки, из которых каждая была гораздо больше тарелки»; «индюк ростом в теленка, набитый всяким добром: яйцами, рисом, печенками и невесть чем»; «няня, блюдо, которое подается к щам и состоит из бараньего желудка, начиненного гречневой кашей, мозгом и ножками» и т. д.

Обедавшие в трактире Бобчинский и Добчинский принимают приезжего столичного чиновника Хлестакова, задолжавшего хозяину гостиницы за комнату и еду, за ревизора и сообщают об этом городничему. Виновники слухов Бобчинский и Добчинский нигде не служат и едва ли могут правильно судить о «поступках» Хлестакова.

Обедавшие в трактире Бобчинский и Добчинский принимают приезжего столичного чиновника Хлестакова, задолжавшего хозяину гостиницы за комнату и еду, за ревизора и сообщают об этом городничему. Виновники слухов Бобчинский и Добчинский нигде не служат и едва ли могут правильно судить о «поступках» Хлестакова.

Обедавшие в трактире Бобчинский и Добчинский принимают приезжего столичного чиновника Хлестакова, задолжавшего хозяину гостиницы за комнату и еду, за ревизора и сообщают об этом городничему. Виновники слухов Бобчинский и Добчинский нигде не служат и едва ли могут правильно судить о «поступках» Хлестакова.

Обедавшие в трактире Бобчинский и Добчинский принимают приезжего столичного чиновника Хлестакова, задолжавшего хозяину гостиницы за комнату и еду, за ревизора и сообщают об этом городничему. Виновники слухов Бобчинский и Добчинский нигде не служат и едва ли могут правильно судить о «поступках» Хлестакова.

Разумихин предлагает подработку: перевести с немецкого статью «Человек ли женщина?». Проблематика статьи относится к широко обсуждаемому в это время «женскому вопросу» — о положении женщин, их правах в частной и общественной жизни. В романе этот вопрос звучит в судьбах героинь Сони Мармеладовой и Дуни Раскольниковой.

Разумихин предлагает подработку: перевести с немецкого статью «Человек ли женщина?». Проблематика статьи относится к широко обсуждаемому в это время «женскому вопросу» — о положении женщин, их правах в частной и общественной жизни. В романе этот вопрос звучит в судьбах героинь Сони Мармеладовой и Дуни Раскольниковой.

Разумихин предлагает подработку: перевести с немецкого статью «Человек ли женщина?». Проблематика статьи относится к широко обсуждаемому в это время «женскому вопросу» — о положении женщин, их правах в частной и общественной жизни. В романе этот вопрос звучит в судьбах героинь Сони Мармеладовой и Дуни Раскольниковой.

Разумихин предлагает подработку: перевести с немецкого статью «Человек ли женщина?». Проблематика статьи относится к широко обсуждаемому в это время «женскому вопросу» — о положении женщин, их правах в частной и общественной жизни. В романе этот вопрос звучит в судьбах героинь Сони Мармеладовой и Дуни Раскольниковой.

Агафья Пшеницына — вдова чиновника. Ее муж был коллежским секретарем (чин X класса). Он не был дворянином, поэтому чиновница Пшеницына (статус женщины определялся чином мужа) была ниже по положению помещика Обломова, их брак был неравным и воспринимался окружающими как падение Обломова.

Агафья Пшеницына — вдова чиновника. Ее муж был коллежским секретарем (чин X класса). Он не был дворянином, поэтому чиновница Пшеницына (статус женщины определялся чином мужа) была ниже по положению помещика Обломова, их брак был неравным и воспринимался окружающими как падение Обломова.

Агафья Пшеницына — вдова чиновника. Ее муж был коллежским секретарем (чин X класса). Он не был дворянином, поэтому чиновница Пшеницына (статус женщины определялся чином мужа) была ниже по положению помещика Обломова, их брак был неравным и воспринимался окружающими как падение Обломова.

Агафья Пшеницына — вдова чиновника. Ее муж был коллежским секретарем (чин X класса). Он не был дворянином, поэтому чиновница Пшеницына (статус женщины определялся чином мужа) была ниже по положению помещика Обломова, их брак был неравным и воспринимался окружающими как падение Обломова.