Кузнецкий мост — одна из главных торговых улиц Москвы. Ревнитель старины Фамусов винит их в тлетворном влиянии на нравы молодежи: «А все Кузнецкий мост, и вечные французы, // Оттуда моды к нам, и авторы, и музы: // Губители карманов и сердец! // Когда избавит нас творец // От шляпок их! чепцов! и шпилек! и булавок! // И книжных и бисквитных лавок!»

Кузнецкий мост — одна из главных торговых улиц Москвы. Ревнитель старины Фамусов винит их в тлетворном влиянии на нравы молодежи: «А все Кузнецкий мост, и вечные французы, // Оттуда моды к нам, и авторы, и музы: // Губители карманов и сердец! // Когда избавит нас творец // От шляпок их! чепцов! и шпилек! и булавок! // И книжных и бисквитных лавок!»

Кузнецкий мост — одна из главных торговых улиц Москвы. Ревнитель старины Фамусов винит их в тлетворном влиянии на нравы молодежи: «А все Кузнецкий мост, и вечные французы, // Оттуда моды к нам, и авторы, и музы: // Губители карманов и сердец! // Когда избавит нас творец // От шляпок их! чепцов! и шпилек! и булавок! // И книжных и бисквитных лавок!»

Кузнецкий мост — одна из главных торговых улиц Москвы. Ревнитель старины Фамусов винит их в тлетворном влиянии на нравы молодежи: «А все Кузнецкий мост, и вечные французы, // Оттуда моды к нам, и авторы, и музы: // Губители карманов и сердец! // Когда избавит нас творец // От шляпок их! чепцов! и шпилек! и булавок! // И книжных и бисквитных лавок!»

«Благородным разбойником» становится Владимир Дубровский. Он славится «умом, отважностью и каким-то великодушием», грабит обогатившихся незаконно, а простых людей отпускает с миром.

«Благородным разбойником» становится Владимир Дубровский. Он славится «умом, отважностью и каким-то великодушием», грабит обогатившихся незаконно, а простых людей отпускает с миром.

«Благородным разбойником» становится Владимир Дубровский. Он славится «умом, отважностью и каким-то великодушием», грабит обогатившихся незаконно, а простых людей отпускает с миром.

«Благородным разбойником» становится Владимир Дубровский. Он славится «умом, отважностью и каким-то великодушием», грабит обогатившихся незаконно, а простых людей отпускает с миром.

Выпущенное в 1834 году «Положение о гражданских мундирах» регламентировало цвет форменного костюма для чиновников всех разрядов — темно-зеленый или темно-синий (в зависимости от ведомства). Неизменный фрак Чичикова брусничного цвета с искрой (бордовый) указывал на то, что его владелец нигде не служил и пренебрегал правилами моды, где на балах было принято появляться во фраке черного цвета.

Выпущенное в 1834 году «Положение о гражданских мундирах» регламентировало цвет форменного костюма для чиновников всех разрядов — темно-зеленый или темно-синий (в зависимости от ведомства). Неизменный фрак Чичикова брусничного цвета с искрой (бордовый) указывал на то, что его владелец нигде не служил и пренебрегал правилами моды, где на балах было принято появляться во фраке черного цвета.

Выпущенное в 1834 году «Положение о гражданских мундирах» регламентировало цвет форменного костюма для чиновников всех разрядов — темно-зеленый или темно-синий (в зависимости от ведомства). Неизменный фрак Чичикова брусничного цвета с искрой (бордовый) указывал на то, что его владелец нигде не служил и пренебрегал правилами моды, где на балах было принято появляться во фраке черного цвета.

Выпущенное в 1834 году «Положение о гражданских мундирах» регламентировало цвет форменного костюма для чиновников всех разрядов — темно-зеленый или темно-синий (в зависимости от ведомства). Неизменный фрак Чичикова брусничного цвета с искрой (бордовый) указывал на то, что его владелец нигде не служил и пренебрегал правилами моды, где на балах было принято появляться во фраке черного цвета.

Школы для кантонистов (как и сами кантонисты) существовали до 1856 года. Это специальные учебные заведения для детей солдат, и они должны были учиться только в таких школах.

Школы для кантонистов (как и сами кантонисты) существовали до 1856 года. Это специальные учебные заведения для детей солдат, и они должны были учиться только в таких школах.

Школы для кантонистов (как и сами кантонисты) существовали до 1856 года. Это специальные учебные заведения для детей солдат, и они должны были учиться только в таких школах.

Школы для кантонистов (как и сами кантонисты) существовали до 1856 года. Это специальные учебные заведения для детей солдат, и они должны были учиться только в таких школах.

Подорожная грамота — документ, удостоверяющий право получать на станциях лошадей. В грамоте прописан маршрут. Подорожная регистрировалась на заставах, данные о выехавших или въехавших в столицы публиковались в газетах.

Подорожная грамота — документ, удостоверяющий право получать на станциях лошадей. В грамоте прописан маршрут. Подорожная регистрировалась на заставах, данные о выехавших или въехавших в столицы публиковались в газетах.

Подорожная грамота — документ, удостоверяющий право получать на станциях лошадей. В грамоте прописан маршрут. Подорожная регистрировалась на заставах, данные о выехавших или въехавших в столицы публиковались в газетах.

Подорожная грамота — документ, удостоверяющий право получать на станциях лошадей. В грамоте прописан маршрут. Подорожная регистрировалась на заставах, данные о выехавших или въехавших в столицы публиковались в газетах.