Герой рассказа опоздал на бал, потому что заезжал за перчатками, т. к. без них нельзя было танцевать. Их делали из лайки (мягкой тонкой кожи белого цвета особого способа дубления), замши, кожи, кружева, бархата, парчи, украшали вышивкой и драгоценными камнями. Перчатки не снимали в течение всего вечера, оголять руки позволялось во время ужина и за карточным столом.

Герой рассказа опоздал на бал, потому что заезжал за перчатками, т. к. без них нельзя было танцевать. Их делали из лайки (мягкой тонкой кожи белого цвета особого способа дубления), замши, кожи, кружева, бархата, парчи, украшали вышивкой и драгоценными камнями. Перчатки не снимали в течение всего вечера, оголять руки позволялось во время ужина и за карточным столом.

Герой рассказа опоздал на бал, потому что заезжал за перчатками, т. к. без них нельзя было танцевать. Их делали из лайки (мягкой тонкой кожи белого цвета особого способа дубления), замши, кожи, кружева, бархата, парчи, украшали вышивкой и драгоценными камнями. Перчатки не снимали в течение всего вечера, оголять руки позволялось во время ужина и за карточным столом.

Герой рассказа опоздал на бал, потому что заезжал за перчатками, т. к. без них нельзя было танцевать. Их делали из лайки (мягкой тонкой кожи белого цвета особого способа дубления), замши, кожи, кружева, бархата, парчи, украшали вышивкой и драгоценными камнями. Перчатки не снимали в течение всего вечера, оголять руки позволялось во время ужина и за карточным столом.

По словам автора, Лысые Горы находились в 64-рех километрах от Смоленска и в 160-ти километрах от Москвы. Своему сыну Николай Болконский выделил земли деревни Богучарово, находившейся неподалеку. Уклад жизни и характер старого князя Николая Андреевича Болконского во многом сходится с рассказами о деде Толстого по материнской линии, Н. С.  Волконском.

По словам автора, Лысые Горы находились в 64-рех километрах от Смоленска и в 160-ти километрах от Москвы. Своему сыну Николай Болконский выделил земли деревни Богучарово, находившейся неподалеку. Уклад жизни и характер старого князя Николая Андреевича Болконского во многом сходится с рассказами о деде Толстого по материнской линии, Н. С.  Волконском.

По словам автора, Лысые Горы находились в 64-рех километрах от Смоленска и в 160-ти километрах от Москвы. Своему сыну Николай Болконский выделил земли деревни Богучарово, находившейся неподалеку. Уклад жизни и характер старого князя Николая Андреевича Болконского во многом сходится с рассказами о деде Толстого по материнской линии, Н. С.  Волконском.

По словам автора, Лысые Горы находились в 64-рех километрах от Смоленска и в 160-ти километрах от Москвы. Своему сыну Николай Болконский выделил земли деревни Богучарово, находившейся неподалеку. Уклад жизни и характер старого князя Николая Андреевича Болконского во многом сходится с рассказами о деде Толстого по материнской линии, Н. С.  Волконском.

Хлестаков принимает деньги от чиновников взаймы, т. к. он «в дороге издержался», и обещает вернуть долг. Предлог для взятки охотно поддерживают чиновники, не придумав заранее своей версии.

Хлестаков принимает деньги от чиновников взаймы, т. к. он «в дороге издержался», и обещает вернуть долг. Предлог для взятки охотно поддерживают чиновники, не придумав заранее своей версии.

Хлестаков принимает деньги от чиновников взаймы, т. к. он «в дороге издержался», и обещает вернуть долг. Предлог для взятки охотно поддерживают чиновники, не придумав заранее своей версии.

Хлестаков принимает деньги от чиновников взаймы, т. к. он «в дороге издержался», и обещает вернуть долг. Предлог для взятки охотно поддерживают чиновники, не придумав заранее своей версии.

Уродливая неправильность комнаты Сони Мармеладовой передает мучительность ее положения: ради близких людей она вынуждена пойти «по желтому билету», жертвуя своим будущим и переступая через свои убеждения.

Уродливая неправильность комнаты Сони Мармеладовой передает мучительность ее положения: ради близких людей она вынуждена пойти «по желтому билету», жертвуя своим будущим и переступая через свои убеждения.

Уродливая неправильность комнаты Сони Мармеладовой передает мучительность ее положения: ради близких людей она вынуждена пойти «по желтому билету», жертвуя своим будущим и переступая через свои убеждения.

Уродливая неправильность комнаты Сони Мармеладовой передает мучительность ее положения: ради близких людей она вынуждена пойти «по желтому билету», жертвуя своим будущим и переступая через свои убеждения.

Агафья Пшеницына — вдова чиновника. Ее муж был коллежским секретарем (чин X класса). Он не был дворянином, поэтому чиновница Пшеницына (статус женщины определялся чином мужа) была ниже по положению помещика Обломова, их брак был неравным и воспринимался окружающими как падение Обломова.

Агафья Пшеницына — вдова чиновника. Ее муж был коллежским секретарем (чин X класса). Он не был дворянином, поэтому чиновница Пшеницына (статус женщины определялся чином мужа) была ниже по положению помещика Обломова, их брак был неравным и воспринимался окружающими как падение Обломова.

Агафья Пшеницына — вдова чиновника. Ее муж был коллежским секретарем (чин X класса). Он не был дворянином, поэтому чиновница Пшеницына (статус женщины определялся чином мужа) была ниже по положению помещика Обломова, их брак был неравным и воспринимался окружающими как падение Обломова.

Агафья Пшеницына — вдова чиновника. Ее муж был коллежским секретарем (чин X класса). Он не был дворянином, поэтому чиновница Пшеницына (статус женщины определялся чином мужа) была ниже по положению помещика Обломова, их брак был неравным и воспринимался окружающими как падение Обломова.